Социальные науки

О принятии неоднозначных решений. Часть 2. Рациональный выбор

19 октября 2017 0

кубик Рубика

Источник: Pixabay.com 

Продолжаем цикл статей, раскрывающих природу и механизмы процесса принятия решений. В первой части мы подробно поговорили о том, когда возникает потребность принимать решение и как на наш выбор влияют факторы из окружающего мира. Вторая часть посвящена фундаментальному представлению о рациональности выбора, а также параметрам, используемым для оценки альтернатив, и специфике «аналоговой арифметики» мозга.


 

Альтернативные цели и безальтернативные самоцели

Как мы уже разобрались в предыдущей части, если в памяти нет готовой реакции на дискомфортную ситуацию, а делать что-то надо, то включается механизм случайного поиска. Когда просматривается только одна реакция и она, исходя из опыта, приемлемая — автоматически включается стереотип. Никакого решения принимать не требуется. А вот когда возможных реакций или способов поведения несколько, тогда необходимо принять решение о выборе одного из них. Этот выбор также может быть случайным (например, бросить монету или сыграть в морского), но может быть и каким-то образом более-менее предопределенным. Дело в том, что один из факторов, влияющих на поведение, связан с оценкой ожидаемых последствий от различных потенциально возможных вариантов действий.

В основе такой оценки лежит фундаментальный закон природы, сформулированный в свое время как принцип минимальной диссипации энергии.
От элементарных частиц и до галактик в самоорганизующихся системах выживают те структуры, которые обеспечивают наименьшее рассеивание энергии на тепло. В живой природе и в обществе также выживает тот, кто обеспечивает наилучшее соотношение получаемого результата с объемом используемых для этого ресурсов. В каждом конкретном случае выбор наилучшей траектории поведения предполагает прогнозирование и сравнение возможных последствий каждого из рассматриваемых вариантов.

Предположим теперь, что некоторый субъект в данной ситуации располагает определенным набором возможных траекторий, которые он видит перед собой исходя из своего понимания ситуации. Выбор любой из них запускает некоторый сценарий развития событий, который в итоге приводит, с той или иной вероятностью, к достижению определенной ситуации в зоне комфорта.

Если голодный, то зоной комфорта будет множество состояний сытости. Не так уж важно, что съесть, лишь бы оно было съедобно. Можно съесть банан, бутерброд с сыром или заварное пирожное. Чтобы хорошо провести время с подругой, неплохо подойдет, наверное, кино. Но и лодочная прогулка тоже совсем ничего, может, даже еще лучше. А Bentley, на худой конец, сойдет для поддержания престижа за отсутствием Ferrari.

Потенциальные цели это всего лишь варианты. Надо еще подумать, какую из них стоит выбрать в качестве актуальной цели. Когда одна из потенциальных целей становится актуальной, потому что лень подумать или просто очень этого хочется, она называется самоцелью

. Однако, чтобы потенциальная цель не превратилась в «самоцель», мало исходить только из ее привлекательности, приходится принимать во внимание и другие обстоятельства.

Альтернативные траектории

К той же самой потенциальной цели могут вести различные пути, связанные с различными действиями. Другими словами, события могут развиваться по разным траекториям, приводя в итоге к одинаковому результату. Когда исходное и конечное состояния те же самые, а пути перехода разные, тогда возможные траектории — эквифинальные, они образуют как бы пучок. К разным потенциальным целям в зоне комфорта будут вести различные пучки траекторий. Достаточно выбрать только одну траекторию из какого-нибудь пучка. Какую? Вот по этому поводу и может быть принято рациональное или не очень решение.

Разные траектории позволяют достигать целей с большей или меньшей вероятностью. Они связаны с большим или меньшим риском, большими или меньшими затратами ресурсов. Сама по себе цель всего этого не определяет. А траектория, если она достаточно конкретна, однозначно определяет, к чему можно прийти, если следовать этому выбору. Кому нужны траектории, которые не ведут к привлекательным целям? «Какой смысл строить дорогу, если она не ведет к храму?»

Очевидно, что шансы на успех связаны не столько с выбором одной из возможных потенциальных целей, сколько с выбором траектории, позволяющей достичь привлекательной цели надежным и не очень рискованным образом.
К слову, шансы на выживание любого организма в среде с неопределенностью и рисками максимальны, когда его стратегия поведения обеспечивает выбор наилучшего соотношения вероятного уровня удовлетворения потребностей с вероятной величиной затрат ресурсов. В этом и состоит суть рациональности, понятие которой применимо только к траектории. Цель сама по себе ни рациональной, ни нерациональной быть не может, хотя нам и не все равно, к какой цели стремиться.

дартс, цель

Источник: Pixabay.com

Очень простая формула

Давайте привлекательность некоторой потенциальной цели обозначим как B (benefit) — польза или выигрыш в случае успеха. Этот выигрыш редко бывает однозначным.

Если поехать на рыбалку, то не удастся пойти на футбол. Зато можно пообщаться с другом, подышать свежим воздухом, и теща не будет капать на нервы. Если все это вместе оценить в 10 баллов, то альтернативный вариант — тот же футбол, плюс возможность поиграть с малышом, плюс жена довольна, минус придется дверь ремонтировать, минус та же теща — тянет только на 7. Еще можно взять в компанию на рыбалку третьего, у которого есть джип, но это будет уже совсем другая рыбалка (альтернативная цель), и учитывая, как он пьет и сколько болтает, удовольствие потянет не больше чем на 8 баллов.

Вроде понятно, какая перспектива привлекательнее, но этого еще недостаточно, чтобы принять рациональное решение. Каждая из трех траекторий поведения имеет больше или меньше шансов на успех и связана с большими или меньшими рисками в случае неудачи. К тому же — и затраты тут будут разные.

Обозначая предполагаемый путь в зону комфорта, выбранная траектория предопределяет, какая из потенциальных целей становится актуальной целью. Если выбираем вариант ехать на машине — то рыбалка будет втроем.

Было бы приятнее сходить с друзьями в ресторан, но тогда придется просить соседку поcидеть с детьми, а этого делать очень не хочется. Тогда лучше уж поужинать дома, приготовив плов из баранины, хотя друзья не все смогут участвовать. Поужинать в ресторане, может, было бы и лучше, но траектория уж очень неудобная, поэтому цель выбираем другую.

Обозначим теперь через α вероятность достижения некоторой конкретной цели по определенной траектории (едем вдвоем, добираемся на электричке, дальше пешком). Для другой траектории (едем с третьим на его машине) вероятность достижения цели, учитывая состояние автомобиля, будет уже другая. Средняя ожидаемая величина выигрыша в каждом случае будет αхB.

Вероятность того, что, если выбрать определенную траекторию, цели по ней достичь не удастся (электричку отменили, или погода сильно испортилась, и пришлось возвращаться на ночлег домой), обозначим как β = 1–α. Но, если успех не гарантирован (а он никогда не гарантирован, ибо речь идет о будущем, мало ли что может произойти), актуальным является и вопрос о том, чем придется платить в случае неудачи: настроением, здоровьем, ссорой с женой, жизнью или просто деньгами.

Как и в случае успеха, в отношении рисков приходится учитывать самые разные аспекты.

Даже в такой тривиальной ситуации, как встреча с автоинспектором, когда сам нарушил правила и вроде бы все ясно, приходится взвешивать: «500 рублей штрафа + 4 часа в автоинспекции + потеря шанса встретиться сегодня с любимой девушкой» может быть хуже, чем «200 баксов взятки + риск попасть в тюрьму».
Так же как и в случае успеха, оценка потерь должна быть интегральной, иначе как сравнить варианты между собой? Если оказаться под следствием по обвинению во взятке — это все 10 баллов. А если свидание не состоится, это плохо, но сравнительно терпимо — это тянет балла на 4. Но риск — это ведь не гарантированные потери. Зачем думать о плохом? Если шанс попасть в тюрьму очень невелик, а девушка — ну очень красивая, может, тогда встреча с ней стоит того, чтобы рискнуть?

Штраф в случае неудачи (то, чем рискуем, если дела пойдут не так, как предполагалось по оцениваемой траектории) обозначим P (penalty). Решив ради удобства ехать в аэропорт не на поезде, а на такси и недооценив пробки, мы не только зря потратили 2000 руб., но и опоздали на самолет. В результате сорвалась очень важная встреча, от которой зависела судьба крупной сделки, потери составили 2 млн. Это и есть штраф.

И, разумеется, осуществление любого решения, любой выбранной траектории поведения связано с затратами тех или иных ресурсов. Они также могут быть разные по природе, значимости и должны учитываться интегрально: здоровье, деньги, отношения — все складывается, все «считается».

Заплатить 1000 руб. и провести два часа в очереди может быть вариантом хуже, чем заплатить 1500 руб. и получить обслуживание сразу. Все зависит от того, есть ли время ждать и с собой ли компьютер, чтобы посмотреть пока почту. И что значат в данный момент 500 руб. — это много или почти ничего? Обобщенную оценку величины затрат, связанных с реализаций данной траектории, можно обозначить через E (expenses). Это тоже лучше считать в баллах. Как иначе сложить 1000 руб. с испорченным настроением и потерянным временем и потом сравнить с вариантом, когда время сэкономлено, но потрачено 1500 руб. и пришлось отказаться от обеда? Что обошлось «себе дороже»?

Решение задачи оптимизации стратегии поведения организма по критерию эффективности использования любых жизненно важных ресурсов в условиях неопределенности и рисков приводит к сравнительной оценке рациональности траекторий как соотношению математического ожидания суммарной величины выигрыша к математическому ожиданию суммарной величины затрат Е. Математическое ожидание — это разница между средним выигрышем и средним штрафом при достаточно большом числе попыток, часть из которых неизбежно будут неудачными х B — β х P). Если риска нет, ожидание совпадает с величиной полезности получаемого наверняка результата. Если риск слишком большой (из-за большой вероятности прокола или большой величины пенальти) — ничего хорошего, естественно, ожидать не приходится. Раньше или позже это «выйдет боком». Привлекательность выбираемого варианта также будет меньше, если при прочих равных за его реализацию придется дороже заплатить.

Искомый критерий эффективности (или коэффициент рациональности траектории) получается из очевидного соотношения R = (α х B — β х P)/ E**. Таким образом, наиболее рациональной оказывается траектория, которая при прочих равных ведет к более привлекательной потенциальной цели, с большей вероятностью, меньшим риском и меньшими затратами. Ничего более, чем «здравый смысл».

Волк не станет выбирать цель (например, скушать зайца), пока не видит этого зайца и подходящей траектории к цели. Он не станет долго раздумывать, если при прочих равных условиях надо принять решение в пользу зайца или тушканчика на обед. А человек может «поставить себе цель», а потом долго и безнадежно искать пути к ней. Или отдать предпочтение тушканчику, потому что он красивый, хотя слишком маленький и слишком быстрый.

В отличие от остальных млекопитающих, никогда не делающих глупостей, человек их очень даже делает. Волк с такими мозгами, как у человека, давно вымер бы как вид. А человек учится на ошибках. Любая ошибка — это неверный прогноз по крайней мере одного из параметров рациональности или вообще выбор «цели» без понимания пути к ней.

Решение человека — это продукт его сознания, результат мышления или недомыслия в процессе выбора одной из альтернатив. Ошибки при этом не просто неизбежны, они по большому счету даже необходимы. Это плата за развитие самого сознания. Если ошибки при выборе поведения не было — все произошло, как и предполагалось, — ментальная карта остается без изменений, такая же, как и была ранее. Если произошла ошибка — значит, эту карту приходится исправлять и дополнять. «Век живи — век учись».

Рациональный выбор не гарантирует успеха, но в качестве стратегии поведения он в конечном итоге увеличивает выигрыш, если судьба предоставит достаточно попыток.

Оправданный риск и неоправданная глупость — это разные категории, хотя последствия и того и другого могут быть аналогичные. Неудача — не обязательно результат нерационального решения, это может быть просто невезение или обстоятельства, которые невозможно было предсказать. Иногда приходится сознательно выбирать непривлекательный вариант, понимая, что это меньшее зло и шанс избежать большего. В пространстве собственных оценок человек инстинктивно стремится к рациональности, как и любое другое живое существо. Вопрос только в том, какие параметры принимаются во внимание при принятии решения и каким образом оценивается их значение.

Проклятие многокритериальности

Всегда ли легко ответить на вопрос, что лучше? Например, в одном случае — месяц отпуска на Мальдивах в компании друзей, плюс приобретение нового автомобиля, потому что тогда одолжат денег на первый взнос, но развод с женой, считай, неизбежен. В другом случае — никаких Мальдив и отпуска в этом году практически не будет, автомобиль придется старый ремонтировать, зато жена пока остается, и, возможно, будет время почитать книжки. Или другая альтернатива: согласиться, пока предлагают, на новую надежную работу в удобной доступности, с перспективой роста, но маленькой стартовой зарплатой, или держаться пока нынешнего места, куда добираться очень неудобно, но зарплата намного больше, хотя и не известно, как долго это будет продолжаться?

Не приходилось ли вам выбирать в подобных условиях многокритериальности, когда возможные последствия принимаемого решения имеют много значимых аспектов, как положительных, так и отрицательных? Альтернативные варианты ведут к разным результатам, для оценки которых надо использовать уже другие критерии. В общем — «в огороде бузина, а в Киеве дядька…».

Тем не менее — выбирать приходится, и в реальности чаще всего между альтернативами, которые являются как раз многокритериальными. Наш мозг постоянно этим занимается, у него просто нет выхода, жизнь такая. А вот компьютер на подобный вопрос ответить не сможет никогда.
Потому что необходимые для оценки рациональности параметры выбора человек устанавливает сам, лично для себя. А компьютер сам для себя ничего установить не может, ему кто-то извне должен указать, как считать, что и на сколько лучше — долгожданный отдых на Мальдивах или чтобы жена осталась? Большая зарплата сейчас или надежная в будущем?

Как со всем этим справляется наш мозг

ребенок, задумчивый, мысль

Источник: Pixabay.com

Чтобы рациональный выбор был возможным, различные траектории должны быть сопоставимы. В случае использования того же самого критерия для рисков, выигрышей и затрат они могут измеряться в тех же самых единицах. Например, для формального анализа рациональности инвестиций — В, Р и Е можно измерять в деньгах. Но денежное выражение для выигрышей и потерь, как бы этого ни желали экономисты, чаще всего невозможно. А когда возможно, не имеет универсального значения. Ценность денег, в отличие от их номинала, разная для разных субъектов, в разное время и при разных обстоятельствах. В тайге или на необитаемом острове, где нет ни банков, ни магазинов, деньги и вовсе не нужны.

В условиях многокритериальности как выигрышей, так и затрат все упомянутые выше оценки по необходимости должны представлять собой некоторые скалярные величины с условно одинаковой размерностью. Сам коэффициент рациональности — безразмерная величина. Его абсолютное значение не так важно, как величина в сравнении с другими траекториями. Когда решение принято — о нем можно забыть.

Мозг сравнивает образы воображаемых результатов и воображаемых затрат по частоте и интенсивности мерцания нейронов в соответствующих этим образам разных участках коры мозга. Степень возбуждения нейронов можно оценить по их электрической активности или интенсивности кровоснабжения соответствующих зон.

Воображаемый поцелуй — мерцание нейронов. Риск получить по физиономии — тоже мерцание нейронов. Интенсивность возбуждения, связанная с этими аспектами, может складываться и вычитаться. Никаких других показателей привлекательности результата или болезненности потерь мозг не использует, да ему это и не очень нужно.

Перспектива приобрести новые красные туфли, если их трагически не хватает для завершения гардероба, добавляет много к приятному возбуждению по поводу предстоящей встречи в магазине с подругой. Но если с обувью особой проблемы нет — то и возбуждение зоны представления результата не особенно изменится по поводу туфлей. Тогда решающим фактором является только то, насколько хочется увидеть подругу. Все очень рационально.

Образ вина за 50 долл. в мозгу «светит ярче», и поэтому его дегустация доставляет больше удовольствия, чем вина за 5 долл. К ценности вкуса вина, который, возможно, тот же самый в обоих случаях, добавляется ценность престижа вина — опять же в виде большей частоты и интенсивности мерцания нейронов. Такое вино пить приятнее (не кажется, а на самом деле приятнее!) тем более, чем большую ценность представляют в глазах человека деньги. Оно может казаться (и быть!) вкуснее просто потому, что ко вкусу дорогого вина обычно относятся с большим вниманием, и вино отвечает взаимностью, раскрывается куда полнее.

Восточная поговорка гласит: «Чтобы понять красоту Лейлы, надо взглянуть на нее глазами Меджнуна». Влюбленного джигита в силу соответствующего гормонального состава крови образ девушки волнует гораздо больше, чем других, — она ему и красивее, чем кому-то другому. Не кажется, а есть. И не потому что дурак, а потому что любит. Хотя последствия могут быть аналогичными. Любовь — это всегда риск. Но кто бы взялся утверждать, что любить — нерационально?

Часы IWC не только показывают время (ну что за особая ценность?), но еще и олицетворяют собой легенду — именно такие часы были у британских пилотов во время Второй мировой войны, у англичан при мысли об этом дух перехватывает. Да и стоят они прилично — не стыдно носить. Только не понятно, куда девать цену — в числитель или в знаменатель? Ведь если бы стоили дешево — весь кайф пропал бы. Наверное, самый рациональный вариант — намекнуть друзьям и дождаться, пока тебе такие часы подарят на юбилей, — и дорогие, и платить не надо.

Мозг легко складывает все что угодно со всем что угодно и что угодно отнимает. Не важно, в чем это выражается: в метрах, литрах, рублях или люменах. Единственный универсальный критерий — насколько сильно это полезно или вредно, привлекательно или отвратительно данному конкретному лицу, принимающему решение.

Чтобы «взвешивать» то, что в результате принимаемого решения может быть получено, что может быть потеряно, чем человек рискует и чем ему придется заплатить, нужна шкала ценностей. И эта шкала у каждого есть — однозначная на каждый данный момент, хотя и сугубо индивидуальная, постоянно меняющаяся, в зависимости от времени и обстоятельств. Она далеко не обязательно полностью осознается. Неосознаваемые стимулы часто действуют еще сильнее. Ведь бывает иной раз, что «чувствую, мне это очень надо», а к чему-то другому без особой причины «ну, просто душа не лежит».

Чувством можно и часто нужно руководствоваться. Но вот для обоснования своих решений перед другими, когда ни восприятие ситуации, ни эмоциональное состояние не совпадают, не обойтись без предварительного утверждения используемой шкалы ценностей. Точно так же не обойтись без анализа своей личной шкалы ценностей, когда важные решения хочется обосновать самому себе, для большей уверенности в собственной правоте.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Рассказать друзьям

0 Комментариев

Подписаться на рассылку

Комментарии

Войти с помощью 

Присоединяйтесь к нам в социальных сетях

В наших группах вы можете узнать много нового и интересного, а так же - принять участие в опросах и конкурсах

Присоединиться
Присоединиться